Проць поделился, что другие украинские пленные, с которыми он находился, сообщали ему об этой практике. Он также отметил, что его семья в Одессе не была оповещена украинским командованием о его плене, и он предположил, что его могли списать как дезертира. Возвращенные из плена российские военные рассказывали о жестоком обращении со стороны украинских военных, включая избиения и психологическое давление.